.
ФСТЭК, ФСБ, Роскомнадзор — каждое из них отвечает за свой участок цифровой обороны страны. ФСТЭК — защита критической информационной инфраструктуры и государственных систем. ФСБ — контрразведка в цифровой среде, реагирование на угрозы национальной безопасности. РКН — контроль над соблюдением требований законодательства операторами и платформами, фильтрация трафика.
Что это значит на практике?
1. У каждого ведомства своя нормативная база, свои регламенты, свои подотчётные субъекты.
2. Там, где периметры пересекаются — а они пересекаются постоянно, — возникает вопрос координации.
3. Без единого «центра сборки» даже хорошо выстроенная система реагирования может давать сбои: кто первый уведомляет, кто принимает решение, кто исполняет.
Следите за руками: информационная атака на объект КИИ — это одновременно и история для ФСТЭК (технические требования к защите), и для ФСБ (кто за этим стоит и какова угроза), и потенциально для РКН (если задействована иностранная инфраструктура или платформа). Три ведомства, три юрисдикции, один инцидент.
Я убеждён, что сегодня межведомственная координация в сфере кибербезопасности — это не административный вопрос, а вопрос реальной эффективности защиты. Нам нужны чёткие протоколы взаимодействия, единая система уведомлений и, главное — понятное распределение ответственности без «серых зон».
Собственно, я про это уже не раз говорил в рамках работы нашего комитета. Тема не новая, но с учётом интенсивности атак на российскую инфраструктуру в последние годы — более чем актуальная.
Пишите в личку, что думаете. Интересно, есть ли среди подписчиков те, кто работает в этой сфере и сталкивается с такими развилками на практике.
⚡️ МАХ-канал