Суверенный интернет — это не рубильник. Это инфраструктура.
Каждый раз, когда заходит речь о законе о суверенном интернете, в либеральных СМИ начинается привычная истерика: «цензура», «железный занавес», «Северная Корея». Алармисты работают по одному шаблону уже пять лет.
Следите за руками.
Что на самом деле сделал закон о суверенном интернете?
1. Создал техническую инфраструктуру для управления трафиком на территории РФ — вне зависимости от того, что решат сделать с маршрутизацией за рубежом.
2. Обязал операторов связи установить оборудование ТСПУ — технические средства противодействия угрозам. Не «глушилки». Инфраструктуру.
3. Дал Роскомнадзору инструмент точечного воздействия на конкретный трафик — вместо грубых блокировок «по IP», которые клали целые подсети.
Что это значит на практике? Россия получила возможность самостоятельно управлять своей сетевой средой — так же, как любое суверенное государство управляет своими границами, энергосистемой, транспортной инфраструктурой. Это не изоляция. Это готовность.
Напомню: в 2022 году западные компании синхронно начали отключать российских пользователей от своих сервисов. Платёжные системы, облака, CDN, репозитории кода. Если бы у нас не было собственной инфраструктурной базы — последствия были бы несопоставимо тяжелее.
Убежден: цифровой суверенитет — это не про запреты для граждан. Это про то, чтобы никакой Cloudflare или AWS не мог в одночасье «выключить» российский сегмент интернета по команде из Вашингтона.
Те, кто называет это цензурой, либо не понимают, как работает сетевая инфраструктура, либо понимают — но намеренно путают аудиторию. Второй вариант встречается чаще.
Пишите в личку, что думаете.
🇷🇺 Этот пост вышел в МАХ час назад