.
Каждый раз, когда я говорю о регулировании анонимности в сети, мне пишут одно и то же: «Горелкин хочет уничтожить анонимность». Нет. Я хочу, чтобы анонимность — как и любое другое право — имела границы, установленные законом. Это принципиальная разница.
Следите за руками.
Возьмём право на свободу слова. Оно есть в конституции каждой демократической страны. Но нигде в мире нет абсолютной свободы слова — везде существует уголовная ответственность за угрозы, клевету, разжигание ненависти. Никто не называет это авторитаризмом. Это называется правовым государством.
То же самое — с правом на оружие. В США Вторая поправка священна, но даже там нельзя продать пистолет без проверки покупателя. Анонимность — ровно из той же категории.
Что это значит на практике?
1. Анонимность как инструмент защиты — я за. Журналист, источник, человек, спасающийся от реального преследования — пусть работают.
2. Анонимность как щит для преступлений — против. Когда за никнеймом скрываются мошенники, педофилы, организаторы терактов или координаторы атак на критическую инфраструктуру — это уже не право. Это злоупотребление правом.
3. Анонимные телеграм-каналы, которые за «грантики» сливают заказные вбросы и называют это «независимой журналистикой», — отдельная история. Им анонимность нужна не для защиты, а для безнаказанности.
Кто громче всех кричит об «абсолютном праве на анонимность»? Как правило, не правозащитники и не журналисты. А те, кто этой анонимностью пользуется в собственных интересах — финансовых или политических.
Убеждён: задача государства — не уничтожить анонимность, а создать механизм, при котором она защищает добросовестных пользователей и не прикрывает тех, кто причиняет реальный вред реальным людям. Это не авторитаризм. Это то, чем и должно заниматься правовое государство.
Пишите в личку, что думаете. Особенно интересны мнения тех, кто не согласен — аргументированно, разумеется.
🇷🇺 Этот пост вышел в МАХ час назад