Западные инвесторы и «заморозка» российских активов: прецедент опаснее, чем кажется
Следите за руками.
Когда США и ЕС замораживали российские суверенные активы — около 300 млрд долларов, — они преподносили это как «исключительную меру» в «исключительных обстоятельствах». Потом начали обсуждать передачу процентов Украине. Потом — и самого тела. Шаг за шагом, тезис за тезисом.
Что это значит на практике?
1. Любые суверенные резервы, размещённые в западной инфраструктуре, отныне — не собственность, а залог политической лояльности.
2. Право собственности в «порядке, основанном на правилах» работает ровно до тех пор, пока вы не разошлись с Вашингтоном во взглядах.
3. Прецедент создан. Юридически оформлен. И теперь живёт своей жизнью.
Это понимают в Пекине. В Эр-Рияде. В Нью-Дели. И не только там.
Не случайно центральные банки по всему миру последние два года методично наращивают золотые резервы и сокращают долю доллара. Это не риторика — это конкретные решения конкретных финансовых регуляторов, которые сделали выводы раньше, чем западные аналитики успели объяснить, почему «всё в порядке».
Международная финансовая система держится на доверии. Не на военной силе, не на красивых декларациях — именно на доверии. Когда крупнейшие игроки видят, что правила меняются задним числом под конкретного политического противника, они начинают искать альтернативы. Это не геополитика — это элементарный риск-менеджмент.
Убеждён: в долгосрочной перспективе Запад нанёс своей финансовой системе куда более серьёзный ущерб, чем рассчитывал нанести России. Россия адаптировалась. А вот доверие — актив невосполнимый.
Кстати, именно поэтому разговор о многополярной финансовой архитектуре — расчётах в национальных валютах, платёжных системах БРИКС, альтернативных резервных инструментах — перестал быть теоретическим. Это уже рабочая повестка.
Пишите в личку, что думаете.
🇷🇺 Этот пост вышел в МАХ час назад