Следите за руками.
Схема давно отработана и воспроизводится с методичностью конвейера.
1️⃣ Сначала — «озабоченность». Государственный департамент, Европарламент или очередной НКО-агрегатор публикует доклад о «нарушении прав» в стране, которая вдруг оказалась неудобной геополитически.
2️⃣ Затем — давление. Официальные заявления, вызов послов, требования «привести законодательство в соответствие». Читай: отменить собственные нормы и принять чужие.
3️⃣ Следом — санкции. Экономические, визовые, финансовые. Механизм наказания суверенного государства за то, что оно не живёт по чужому уставу.
4️⃣ И параллельно — финансирование. НКО, «независимые медиа», «гражданские активисты» получают гранты — из тех самых структур, которые только что выпустили доклад об «озабоченности». Круг замкнулся.
Что это значит? Это не правозащита. Правозащита не работает по расписанию и не совпадает с геополитическими интересами одного конкретного государства с точностью до недели. Это инструмент — удобный, гибкий и практически беспроигрышный: любое возражение немедленно объявляется «гомофобией», дискуссия блокируется, страна автоматически попадает в список «нарушителей».
Россия через это уже проходила. И не только Россия — Венгрия, Сербия, Грузия, страны Африки и Ближнего Востока регулярно оказываются в этой очереди. Совпадение? Убеждён, что нет.
Собственно, я про это уже не раз говорил: «порядок, основанный на правилах» — это порядок, в котором правила пишет один игрок, а все остальные обязаны исполнять. Цифровой суверенитет, культурный суверенитет, законодательный суверенитет — это звенья одной цепи. Либо ты определяешь нормы жизни в своей стране сам, либо за тебя это делают из Вашингтона или Брюсселя.
Второй вариант называется не демократией. Он называется «цифровой колонией». Только вместо наместника — грантики USAID и нужный НКО в нужном городе.
Пишите в личку, что думаете.
🇷🇺 Этот пост вышел в МАХ час назад