Иноагент — не приговор. Это маркировка.
Меня в очередной раз просят прокомментировать закон об иноагентах. Якобы он «душит свободу слова» и «запрещает журналистику».
Следите за руками.
Закон не запрещает работу ни одного издания. Он требует одного: честно сообщать читателю, кто финансирует редакцию. Всё.
Что это значит на практике?
1️⃣ Издание получает иностранное финансирование — ставит маркировку. Работает дальше.
2️⃣ Читатель видит маркировку — делает собственный вывод о том, насколько доверять материалу.
3️⃣ Государство не вмешивается в содержание публикаций. Только прозрачность источников.
Это называется право на информацию. Не цензура, а элементарная потребительская защита — как состав на упаковке продукта.
Почему тогда такой вой? Потому что некоторые редакции годами жили на «грантики USAID» и зарубежные НКО, не считая нужным об этом сообщать своей аудитории. Закон просто сделал это видимым.
Убеждён: читатель имеет право знать, чьи интересы представляет издание, которому он доверяет. Это не ограничение свободы слова — это уважение к аудитории.
Те, кто с этим не согласен, пусть объяснят: почему финансирование из-за рубежа нужно скрывать?
⚡️ МАХ-канал