Подписчики всё чаще спрашивают: а почему мы до сих пор не применяем к CEO OpenAI и его продуктам те же стандарты, что к российским журналистам, которых на Западе без лишних вопросов вносят в списки «агентов иностранного влияния»?
Вопрос не риторический.
Следите за руками. ChatGPT и другие продукты OpenAI:
1️⃣ Систематически формируют у российских пользователей определённую картину мира — с нужными акцентами по СВО, «российской агрессии» и прочим западным нарративам.
2️⃣ Делают это без какой-либо маркировки — в отличие от того, что мы требуем от российских СМИ за рубежом.
3️⃣ Работают на российскую аудиторию, при этом не имея никакого юрлица в РФ, не платя налогов и не неся никакой ответственности перед российским законодательством.
Что это, если не информационное воздействие иностранного субъекта на граждан России?
Наше законодательство об иностранных агентах распространяется на физических лиц, ведущих деятельность в интересах иностранного государства и оказывающих воздействие на общественное мнение. Сэм Альтман — гражданин США, его компания получает финансирование от структур, теснейшим образом связанных с американским военно-промышленным и разведывательным комплексом. Продукт работает в России. Маркировки — ноль.
Критерии, по-моему, налицо.
Убеждён: этот вопрос заслуживает предметного рассмотрения — в Минюсте, в нашем комитете, с участием РОЦИТ. Прецедент внесения иностранного топ-менеджера в реестр стал бы, мягко говоря, симметричным ответом на западную практику. Там это делают не стесняясь.
Пишите в личку, что думаете.
🇷🇺 Этот пост вышел в МАХ час назад