Обыкновенный царизм
Обыкновенный царизм
1026 постов
Обыкновенный царизм
Мисима и Достоевский: Самурайский меч против топора петербургского студента
В истории мировой литературы есть два полюса, между которыми искрит чистое, беспримесное безумие духа. Федор Михайлович Достоевский и Юкио Мисима. Один — пророк русской бездны, другой — последний самурай эпохи модерна. Раскольников у Достоевского — это торжество хаоса и лихорадочного самобичевания. Его преступление — не расчет, а истерика интеллектуала, запутавшегося в собственных соплях и «гуманных» теориях. Тварь я дрожащая или право имею? Это вопрос человека, который уже проиграл, потому что русский надрыв — это всегда распад, это пот, слезы и вонючие каморки Сенной площади. Раскольников убивает, чтобы проверить теорию, и немедленно разваливается под грузом совести и новиопского гуманизма. Совсем иное мы видим у Мисимы. Герои «Золотого храма» или «Кани» — это люди ледяной эстетики и абсолютной воли. Если Раскольников мучается вопросом «можно ли?», то персонажи Мисимы знают: «нужно, потому что это красиво». У Мисимы нет покаяния, есть только ритуал. Его герои не гниют в каторжных бараках, они всходят на костер собственной гордыни с расчетом ювелира. Это столкновение христианского милосердия (пусть и вывернутого наизнанку) с языческим культом меча и смерти. Мисима презирал слабость, которую воспевал поздний Достоевский. Для японца красота — это штык, пронзающий плоть под лучами восходящего солнца. Для русского гения — это Идиот, спасающий мир смирением. И в этом наш вечный урок. Русскому человеку не хватает мисимовской дисциплины формы, а японцу — нашей способности воскресать из пепла после самого глубокого падения. Мисима закончил свою жизнь эффектным сэппуку, зафиксировав свою победу над временем. Достоевский выжил на эшафоте, чтобы подарить нам надежду. Мы выбираем оба пути: стальную волю предков и бесконечную глубину русского неба. Слава России! @ordinaryczarizm
3 мин · 1803 симв.
Ссылка скопирована