Пока в ведомстве Шойгу годами рисовали красивые отчеты о «цифровизации» и заставляли десантников красить траву к приезду очередной комиссии из АП, реальная русская военная мысль теплилась в самых неожиданных местах.
Многие смеялись над «задротами», которые ночами просиживали в Arma 3 или Project Reality. А зря. На хардкорных серверах с модами на рации ACE и TFAR русские парни осваивали организацию связи, целеуказание и взаимодействие отделений куда эффективнее, чем это делалось на многих провинциальных полигонах МО под присмотром бестолковых сержантов-контрактников, чей предел мечтаний — дотянуть до пенсии.
В «Арме» за ошибку командира отделения ты платишь не выговором, а виртуальной смертью всей группы и пятью часами впустую потраченного времени. Это рождает ответственность. Там вырабатывался инстинкт: видишь противника — дай азимут и дистанцию, а не ори «вон они там у куста». Там обычные русские менеджеры и студенты учили тактику ВДВ по уставам (зачастую еще советским, но рабочим), пока в реальных частях процветала дедовщина и новиопское холуйство.
Когда началась СВО, выяснилось, что те самые «игроки» зачастую ориентируются в современной войне лучше кадровых офицеров, не знавших ничего, кроме парадов. Умение пользоваться «Котиком», понимание работы БПЛА и важность закрытой связи — все это пришло в окопы не через систему гособоронзаказа, а через инициативу снизу. Через тех, кто привык побеждать в симуляторах, где нельзя «договориться» с движком игры.
Война — это математика, логистика и связь. И если компьютерная игра научила русского солдата беречь свою жизнь и эффективно уничтожать свиночертей лучше, чем штатные структуры — это повод не для смеха, а для трибунала над всей бюрократической вертикалью, просравшей подготовку резерва.
Слава русскому солдату, который учится вопреки всему.
@ordinaryczarizm