15 мая 1969 года в Ташкенте был арестован генерал-майор Петр Григоренко. Человек старой закалки, прошедший войну, он совершил в СССР самое страшное преступление — сохранил рассудок и совесть. Его диагноз? Вялотекущая шизофрения. Логика советских новиопов была проста: если ты не целуешь сапог комиссара и не веришь в торжество коммунизма, значит ты психически болен.
Карательная психиатрия — это, пожалуй, самая мерзкая страница в истории красной оккупации. Если в РИ диссидентов вроде Чаадаева объявляли сумасшедшими в качестве светского курьеза (и он продолжал жить в своем доме), то большевики превратили медицину в конвейер по уничтожению личности. Под руководством Андропова и Снежневского была создана сеть спецпсихбольниц — настоящих пыточных, где русским людям кололи сульфазин и галоперидол за чтение запрещенной литературы или веру в Бога.
В чем была суть диагноза вялотекущая шизофрения? В том, что у пациента нет симптомов. Рефлексия, обостренное чувство справедливости, нежелание мириться с ложью — всё это записывалось в историю болезни. Социалистический рай по определению не мог иметь оппонентов, а значит, любой несогласный — это биологический брак, требующий принудительной химической лоботомии.
Это и есть подлинное лицо советской власти. Не запуск Гагарина и не пломбир по 19 копеек, а тихий ужас спецлечебниц, где интеллектуальный цвет нации превращали в овощей под одобрительное молчание партийных функционеров. Тех самых, чьи идейные наследники сегодня снова пытаются учить нас патриотизму.
Для нас, русских националистов, этот урок очевиден: любая идеократия, отрицающая права русской личности в угоду левым догмам, неизбежно заканчивается пыточной камерой в белом халате. Свобода мысли и верность исторической России — это высшая форма психического здоровья. А вопли о величии СССР — это и есть та самая патология, которую давно пора лечить декоммунизацией.
Помните тех, кто не сломался в застенках Сербского. Честь выше страха.
@ordinaryczarizm