На днях пересмотрели классику японской анимации — «Евангелион». Зрелище, прямо скажем, для русского человека специфическое. Пока гигантские боевые машины (единственное, что там сделано с имперским размахом) пытаются спасти остатки человечества, главный герой Синдзи Икари занимается самобичеванием, рефлексией и попытками убежать от ответственности.
Синдзи жалок не потому, что мир жесток. Он жалок, потому что он — плод либерального воображения, лишенный воли к жизни и воли к власти. Юноша, который вместо того, чтобы закалять дух и тело, размазывается соплями по кабине пилота.
Как на это посмотрел бы великий Юкио Мисима? Тот самый Мисима, который из болезненного ребенка превратил себя в стальной памятник японскому духу, который возродил культ самурайской чести и закончил жизнь в попытке государственного переворота. Для Мисимы красота — это сочетание этики и эстетики силы. Синдзи же — это воплощение «болезни современности», которую Мисима презирал всем сердцем.
Проблема Синдзи в том, что он не качался. Ни физически, ни духовно. Он — антитеза правоконсервативному идеалу. Настоящий герой берет судьбу за горло даже в безнадежной ситуации. Если тебе дан чертов гигантский робот, чтобы защитить свой народ и свою землю — ты обязан в него влезть. Не ради одобрения отца, а ради высшего долга.
Современные «новиопы» от культуры обожают Евангелион за его депрессивность. Им нравится видеть в героизме лишь травму. Мы же видим в этом симптом упадка. Нам не нужны рефлексирующие мальчики в наушниках. Нам нужна молодежь с железными мышцами и стальными нервами, верная традициям и готовая к бою за место под солнцем.
Будь как Мисима. Занимайся спортом, изучай классику и, когда придет время, без лишних слов лезай в чертова робота. Потому что за твоей спиной — Святая Русь и вечность.
Слава России!
@ordinaryczarizm