Когда мы говорим о «Великой Непроглядной Тьме» 1917 года, мы подразумеваем не только террор и разрушение русской государственности, но и тотальное вырождение политической мысли. Современная КПРФ — это идеальный дистиллят этого вырождения. Потешная партия необольшевиков, окончательно превратившаяся в департамент по связям с ностальгирующим электоратом при Администрации Президента.
Посмотрите на Зюганова. Человек, который десятилетиями эксплуатирует образ «защитника угнетенных», на деле является самым верным и дисциплинированным солдатом Старой площади. Все важные голосования — будь то бюджеты, выписанные новиопской бюрократией, или запретительные инициативы, бьющие по русскому гражданскому обществу — проходят при единогласном «за» со стороны красных фракций. Красные флаги для них — лишь декорация, за которой скрывается уютное встраивание в вертикаль.
КПРФ сегодня — это не про идеологию. Это про освоение государственных субсидий и имитацию оппозиционности. Пока их вожди возлагают цветы к памятнику палачу Ленину, их аппарат ведет торги за проходные места в списках. Они не являются наследниками даже тех, настоящих большевиков-фанатиков. Те хотя бы шли на каторгу за свои безумные идеи. Эти же готовы продать и Маркса, и Ленина, и родную маму за право еще один срок просидеть в кожаном кресле на Охотном ряду.
Для русского националиста КПРФ — это двойное зло. Во-первых, они продолжают отравлять неокрепшие умы советскими мифами, мешая возрождению подлинной Русской Империи. Во-вторых, они служат громоотводом, уводя протестную энергию в безопасное для новиопов русло «борьбы за бесплатный проезд».
Настоящая Россия начнется там, где закончится последний памятник Ильичу и последняя надежда на то, что зюгановские старцы могут представлять чьи-то интересы, кроме собственных кошельков.
КПРФ — это фрик-шоу. Россия — это мы.
@ordinaryczarizm