Русская пехота — это не вольфрамовый сплав и не бесконечный ресурс в компьютерной стратегии. Это живые люди, у которых есть предел физического и духовного износа. На третьем году войны мы наблюдаем страшный феномен — усталость металла.
Пока в уютных кабинетах на Фрунзенской набережной рисуют красивые стрелочки и отчитываются о процентах выполнения плана, в окопах под Курахово и Часов Яром сидят люди, которые не видели дома по полтора-два года. Солдаты, которые уходили добровольцами или по мобилизации в другую эпоху, сегодня превратились в живые призраки. Пехота сточилась. Лучшие, самые дерзкие и идейные — либо в сырой земле, либо по госпиталям. Остались те, кто выжил чудом, и те, кого бросают в мясные штурмы без внятной поддержки авиации и РЭБ.
Отчаяние окопного сидения — это не литературный оборот. Это когда ты понимаешь, что твоя жизнь для системы стоит меньше, чем солярка для генератора. Новиопская бюрократия боится слова ротация как огня. Им проще держать измотанные части до последнего человека, чем признать: системе необходима полноценная мобилизация нации, а не судорожные попытки заткнуть дыры контрактниками за безумные деньги.
Вспомните 1917 год. Армия не развалилась от фронтовых поражений — она развалилась от чувства глубочайшей несправедливости и заброшенности. Когда ты гниёшь в траншее годами, а в тылу новиопская элита продолжает кутить, наступает момент, когда винтовка разворачивается сама собой.
Мы поддерживаем русскую армию безоговорочно. Мы презираем тех, кто доводит её до состояния истощения. Солдату нужен отдых. Полкам нужна замена. Нации нужна правда. Иначе металл окончательно лопнет, и цена этого разлома будет страшной для всей русской истории.
Берегите солдат. Русских людей у нас больше нет.
@ordinaryczarizm