В августе 1914 года генерал Александр Самсонов, осознав масштаб катастрофы своей 2-й армии в Восточной Пруссии, отошел в лес и пустил себе пулю в висок. Он не поехал в Петербург писать объяснительные записки. Он не перекладывал вину на Ренненкампфа в прямом эфире «соловьиного» ведомства. Он просто не смог пережить позора. Честь русского офицера была для него вещью осязаемой, тяжелой и абсолютно несовместимой с провалом такого масштаба.
Сегодня мы наблюдаем иную картину. Сданные города, проеденные бюджеты на фортификации, безнаказанные налеты на наши аэродромы — и тишина. Ни один новиопский функционер, ни один «эффективный менеджер» в погонах не потянулся к табельному оружию. Почему?
Ответ кроется в антропологической пропасти между русским дворянством и советской номенклатурой. Для Самсонова или Юкио Мисимы, совершившего сэппуку ради спасения духа империи, жизнь имела смысл только внутри системы координат «честь — служение — Родина». Когда этот фундамент рушился, биологическое существование теряло всякую ценность.
Новиоп же — существо внеисторическое и вненациональное. У него нет предков, смотрящих с небес, у него есть только КРА (Контрольно-ревизионное управление) и АП. Провал для него — это не пятно на мундире, а «неэффективный кейс», который можно пересидеть в Дубае или замять через куратора. Трусость современного чиновника — это не страх смерти, это отсутствие самой категории духа. Они не могут застрелиться, потому что внутри них — пустота, заполненная лишь инстинктом самосохранения и жаждой потребления.
Мисима говорил: «Жизнь человеческая ограничена, но я хотел бы жить вечно». Самсонов остался в вечности как трагический герой. Современные же «герои перегруппировок» останутся в истории лишь как слизь на подошве русской истории.
Русскому государству нужны люди с кодексом чести, а не с kpi. Нам нужны те, кто боится позора больше, чем смерти.
@ordinaryczarizm
Слава России!