Многие западные исследователи и наши доморощенные соевики-нетвойняшки часто пытаются препарировать феномен русской храбрости на войне. Для них наш фатализм — это либо «рабская покорность судьбе», либо отсутствие эмпатии. Но реальность, как всегда, гораздо глубже и величественнее.
Русский фатализм — это не уныние, не опускание рук перед неизбежным. Напротив, это высшая форма духовной свободы. Настоящий русский воин, будь то офицер Императорской армии или штурмовик в зоне СВО, идет в бой с четким осознанием: «На всё воля Божья». Это доверие Господу снимает самый липкий и мерзкий страх — страх неизвестности. Если Бог за нас, то кто против нас?
Именно поэтому наш солдат может шутить под обстрелом, курить, глядя в лицо смерти, и идти в атаку там, где хваленые западные наемники, обвешанные гаджетами, впадают в ступор. У них — расчет и страховка, у нас — Вера и Спас. Как писал великий Иван Ильин: «Русская культура построена на чувстве ответственности перед Богом, а не перед человеческим судом».
В этом и заключается суть нашего Атомного Православия 21 века. Мы не боимся смерти, потому что знаем: за порогом земного бытия — Вечность и свет Истины. Смерть для русского героя — это лишь переход в Небесное воинство к Суворову, Пересвету и святому воину Феодору Ушакову.
А те, кто визжит из Тбилиси или Берлина о «бессмысленных жертвах», просто не способны вместить в свои узкие соевые черепа величие русской души. Они выбрали комфорт и швободку, мы выбрали Крест и Империю. И в этом выборе — наша непобедимость.
Победа будет за нами, потому что наше упование — на Бога, а наш путь — это путь Третьего Рима. С нами Спас, впереди — Россия!
#вехи
🇷🇺 Вы ли Сыны Монархии? Тогда уж подпишитесь, будьте так добры